Rambler's Top100

II. Два критерия оценки общества

 

Николай Сомин

 

В предыдущей статье «Для чего христианину необходимо совершенствовать общество?» было показано, что состояние общества далеко небезразлично к спасению его граждан в вечности. Отрицание этого – «уранополитизм» –  является совершенно неверной, дезинформирующей христиан концепцией. Теперь же мы пойдем дальше и рассмотрим крайне важный вопрос: «какое общество следует, с христианской точки зрения, считать хорошим?» Иначе говоря, речь пойдет о критериях оценки общества. Таких критериев по нашему мнению – два: основной и вспомогательный. Разумеется, это утверждение требует обсуждения.

 

Основной критерий

 

Думается, что для читателя-христианина не будет неожиданностью утверждение, что целью общества является отнюдь не достижение комфорта и благополучной земной жизни. Цель иная – Помочь своим членам спастись, приблизиться к Богу, способствовать обретению Царства Небесного. Что для этого требуется от общества? По крайней мере, вот что:

– поддерживать, пусть в ограниченной мере, христианские  нравственные ценности;

– поставить заслон в свободном распространении грехов человеческих

– в частности, организовать экономическую сферу в соответствии с христианской моралью;

– дать свободу деятельности Православной Церкви.

Таким образом, основной критерий можно сформулировать так:

Общество тем лучше, чем больше оно помогает спасению его членов в вечности, т.е. чем более эффективно оно противостоит распространению грехов и чем лучше оно воспитывает добродетели.

Назовем свойство общества содействовать спасению высотой общества. Разумеется, высота – отнюдь не константа, ибо все это в разных обществах достигается в различной степени. На самом деле существует учрежденная Господом духовно-нравственная ось, которая пронизывает все мироздание и на которой  может быть указан духовно-нравственный уровень любого явления, в том числе – социального. И общества – существующие, бывшие, будущие и мыслимые теоретически – находят на этой оси свое место в соответствии со своей высотой.

Основной критерий можно назвать сотериологическим, то есть критерием, определяющим главное назначение общества – способствовать спасению душ в вечности.

 

Вспомогательный критерий

 

Однако, чтобы сказать, что это общество «хорошее», одного основного критерия недостаточно. Дело в том, что конечно же спасение – главное дело, для которого Господом предназначен социум, но   спасение не виртуальное, не в теории, а спасение теперешних грешных людей, реально живущих в этом падшем мире. Ведь можно предложить сколь угодно много красивых социальных схем и моделей, которые, однако, не реализуемы в силу недостаточно высоко духовно-нравственного уровня народа. Например, модель монастыря, безусловно, очень способствует спасению. Но ясно, что ее люди в своей массе не потянут. Да и обет целомудрия быстро приведет к демографической катастрофе, если оно вознамерится реализовать эту схему в больших масштабах. Но главное, подавляющее большинство населения не захочет жить по монастырским правилам, сколько его не убеждай в благотворности такого образа жизни. Большинство хочет иметь семью, работу, т.е. жить по светским канонам.

Поэтому необходим дополнительный критерий, который требует реализуемости общественной модели в условиях падшего человечества. Его можно сформулировать следующим образом.

Общество должно быть «выживаемым», т.е. существовать и сохранять свою стабильность в сегодняшних реальных условиях падшего мира.

Этот критерий мы будем называть «критерием выживаемости». Он предполагает, что общество может противостоять как внешней агрессии, так и внутренним неурядицам.

Проблемы взаимодействия с внешними государствами особенно важны – ведь в современном мире между большими обществами идет тяжелая геополитическая борьба не на жизнь, а на смерть. Поэтому большому обществу нужны союзники – военные, экономические, политические, идеологические. Но каким бы миролюбивым не было общество, ему необходима сильная армия, оснащенная самым современным оружием.

Внутренние проблемы еще сложнее. Огромное число людей очень смутно представляет себе перспективу вечности, и не задумывается над ней. Им хочется здесь и сейчас жить хорошо, безбедно и благополучно. Тем более, что стабильность общества – жизненно важное его свойство.

Необходимость учета вспомогательного критерия в полный рост ставит проблему научно-технического прогресса.  Дело в том, что когда многие христиане высказываются против прогресса, то где-то они правы. Точнее, правы с точки зрения основного критерия. Действительно, для спасения прогресс не нужен. Наоборот, он  отвлекает человека от  этой цели, расслабляет его,  прельщает его достижением благополучия и комфорта, пленяет его своими достижениями, обедняет своей бездуховностью.  Но с позиций критерия выживания прогресс совершенно необходим. 

Выясняется, что для выживания государства нужна сильная армия. А ее создание влечет неизбежное развитие науки, техники, производства, в общем – научно-технический прогресс. Но сегодняшняя война имеет гибридный характер, и может быть главное оружие в ней – мощная экономика. А развитие экономики немыслимо без научно-технического прогресса. Прогресс необходим и для стабильности общества.  Большинство людей вовсе не хотят жить в нищете. Стало быть, общество должно поддерживать и повышать материальный уровень населения. А для этого опять-таки необходим научно-технический прогресс. 

Таким образом, хотя с точки зрения вечности прогресс – вещь суетная, но в смысле критерия выживания он – суровая необходимость. Без него общество быстро проиграет геополитическую гонку и фактически будет разрушено противниками. Нужно не сдерживать его, а преображать, нивелировать его негативные стороны.

 

Соотношение между критериями

 

Сотериологический критерий не случайно поставлен на первое место  и именуется основным. Он определяет смысл существования общества как Божиего творения. Общество существует ради спасения человека в вечности. Спасения через воспитание в человеке  Христовой заповеди «люби ближнего своего» в среде подобных ему. Критерий выживания рассматривается как вспомогательный – он не определяет цель бытия общества. Но он  указывает на условия реализуемости этой цели в нашем падшем мире.

Однако надо ясно представлять, что оба критерия необходимы. Если один из них игнорируется, то общество не будет существовать как высокое.

Иногда можно слышать, особенно из среды православных, что основного критерия достаточно: «Ищите прежде всего Царства Божиего и правды его, и все остальное приложится вам» (Мф.6,33). Да, «приложится», но вряд ли чудесным образом, без усилий со стороны человека. Это высказывание говорит о том, что первый критерий оценки общества является основным, но не единственным. Оно подразумевает, что  при наличии веры во Христа и стремления к Его Царству остальное «приложится» без сугубой целеустремленности к земным благам, что в Нагорной проповеди выражено  словом  «забота». Конечно, Господь силен сотворить любое чудо, в том числе – дать в качестве награды земные блага даром. Но надеяться на это обществу падших людей, обществу разнородному по духовному уровню своих членов, было бы опрометчиво. Падшему человечеству Господом указан другой путь: «в поте лица будешь есть  хлеб свой» (Быт.3,19), то есть путь труда, который, разумеется, должен совершаться в соответствии с заповедями Христовыми и с целью достижения Царства. Вот тогда «все остальное приложится вам». Поэтому, наряду с исполнением основного критерия, необходимо и исполнение критерия выживания,  т.е социального устроения общества. Но устроения должного, не  только не  противоречащего основному критерию, но и помогающего его осуществлению.

С другой стороны, упование на исполнение только вспомогательного критерия как раз и есть «забота», которая заслоняет собой главную цель. Пока Россия как при капитализме, так и при социализме занималась и занимается именно «заботой», по сути дела отрицая сотериологический критерий. Впрочем, не только она – весь мир, все человечество идет путем «заботы», в том числе и мир постхристианский, давно уже отбросивший основной критерий.

 

О нехристианском поведении общества

 

Соотношение между критериями наводит на размышления относительно одной давней загадки, которую пытались осмыслить русские философы. Почему государство, в котором живет большинство христиан и имеется христианское государство, выступая как целое, ведет себя не по-христиански? Так наш богослов Василий Ильич Экземплярский в своей статье «К вопросу об отношении нравственности к политике» (1905 г.) утверждает, что жизнь не только индивидов, но и целых народов и государств должна управляться не эгоистической выгодой, а Христовыми заповедями. Увы, в жизни этого нет и в помине – во взаимоотношениях между государствами, даже номинально христианскими, как правило, господствует грубая сила.  Еще раньше,  ту же позицию высказывал В.С. Соловьев. Он даже предложил конкретный христианский (как он думал) поступок в общественной жизни: в статье «Русская идея» (1888 г.) он предлагает России ради единства христиан «смириться», отказаться от Православия и подчиниться власти папы Римского. Естественно, предложение Соловьева вызвало в России уничтожающую критику.

Как бы там ни было, сам факт того, что христианское государство во внешней политике поступает совершенно языческим образом, требует осмысления. Вопрос непростой. Думается, что тут играет роль несколько факторов.

Во-первых, до сих пор должным образом не разработано социальное измерение православия. По-прежнему Православие рассматривается сугубо как способ личного спасения, а христианским мотивам поведения государства не уделяется внимание. По-прежнему  парадигма уранополитизма господствует. И поэтому действия государства как целого (как внешние, так и внутренние)  рассматриваются как совершающиеся вне христианства и потому не  осмысливаются как измена ему. Поэтому теоретически возможна ситуация, когда все граждане  государства – христиане, а само государство функционирует в  откровенно языческом духе. Именно об этом состоялся спор между Ф.М. Достоевским и А.Д. Градовским на страницах «Дневника писателя» (август 1880 г.), причем Достоевский  тогда встал на  точку зрения асоциального христианства. Кроме того, неразработанность христианской социологии ведет к потере ориентиров добра и зла в социальных вопросах. Отсюда и появление таких крайне сомнительных теорий типа «всемирной теократии» В. Соловьева.

Во-вторых, необходим учет специфики такого объекта как общество. Безусловно, заповеди Христовы применимы как к индивиду, так и к обществу. Но если индивид обладает личными сознанием и волей, позволяющим ему достичь  целостного христианского поведения, то с обществом все гораздо сложнее. Общество неоднородно – как по духовно-нравственному уровню, так и по целевым установкам его членов. Поэтому достичь вполне целостного христианского поведения общество не может – всегда такое поведение будет относительным. Иначе говоря, если индивид, благодаря цельному сознанию может стать святым (хотя такого уровня достигают лишь единицы). Для общества в целом ситуация иная – там имеет место определенный «уровень падшести». Он может быть  ниже или выше, но всегда он будет ощутим – все святыми (или даже большинство) в большом обществе стать не могут. Поэтому и заповеди Христа  будут соблюдаться его членами выборочно. Отсюда  и общая политика государства не может быть последовательно христианской, ибо она должна учитывать разнобой во мнениях его членов.

Впрочем, не следует забывать о таком свойстве общества как органичность. Органичность – это умение подчинять свои интересы общим. Малая органичность означает засилье  индивидуализма в обществе. Высокая органичность, наоборот, означает сплоченность общества. Надо заметить, что Россия максимальной органичности достигла в Великой Отечественной войне. Органичность существенно влияет на поведение общества как целого – чем она меньше, тем проблематичнее исполнение им (как целым) христианских заповедей. С органичностью связана и проблема жертвенности. Ведь христианская любовь – прежде всего жертва своим личным ради другого. И чем общество менее органично, тем менее оно может требовать жертвы. В результате любовь становится сугубо индивидуальной (или семейной) формой и не  проявляется на социальном уровне.

Наконец, в-третьих, не исключено и  более простое объяснение: элита, принимающая решение на государственном уровне, в большинстве случаев нехристианская (или христианская чисто формально). Причина – обладание собственностью, маммонизм.

Но в любом случае надо признать, что удовлетворительное объяснение феномена языческого поведения христианского государства является одной из важных проблем христианской социологии.

 

24.05.17

 

 



На главную страницу

Список работ автора


Rambler's Top100