Rambler's Top100

Синдром Солженицына

 

Николай Сомин

 

 

I.

 

Сколько верующих православных людей пострадало за Христа в советское время? Вопрос очень важный, поскольку этой величиной по сути дела характеризуется масштаб  гонений на церковь в советское время.  Но ответить на этот вопрос ох как непросто. Дело в том, что  официальных данных нет, поскольку поименно  число репрессированных верующих не подсчитано, а при существующих темпах сбора информации более или менее  точную цифру можно будет ожидать только через несколько десятилетий. Поэтому  пока используются те или иные методы оценки числа пострадавших, приближенно решающих эту задачу. Об одном из этих методов речь пойдет ниже. Но сначала хоть немного углубимся в историю вопроса.

 

II.

 

Всем прекрасно известна книга А.И. Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ». Там нет  оценок числа новомучеников, но есть любопытный фрагмент, касающийся общей оценки репрессий в советское время. Впрочем, фрагмент хорошо известный:

«По подсчётам эмигрировавшего профессора статистики И. А. Курганова, от 1917 до 1959 года без военных потерь, только от террористического уничтожения, подавлений, голода, повышенной смертности в лагерях и, включая дефицит от пониженной рождаемости, — оно обошлось нам в… 66,7 миллиона человек (без этого дефицита — 55 миллионов).

Шестьдесят шесть миллионов! Пятьдесят пять!

Свой или чужой — кто не онемеет?

Мы, конечно, не ручаемся за цифры профессора Курганова, но не имеем официальных. Как только напечатаются официальные, так специалисты смогут их критически сопоставить. (Уже сейчас появилось несколько исследований с использованием утаённой и раздёрганной советской статистики, — но страшные тьмы погубленных наплывают те же)». /1/. 

Тут хорошо видны применяемые Солженицыным приемы виртуозного передергивания. С одной стороны, чтобы убедить читателя,  что, мол, вот какие звери большевики, приводятся жуткие цифры, которыми же сам Солженицын и ужасается. С другой стороны, вроде бы это данные не его, а профессора Курганова (антисоветчик И.А. Курганов вместе с фашистскими войсками бежал из Ессентуков на Запад в декабре 1942 г.). Солженицын же остается чистеньким – ведь он просто дает чужое мнение. А с третьей стороны Курганов вовсе не приводит цифры репрессий, а делает предположения о демографии. Но о таком характере данных Солженицын только лишь намекает, а поскольку «Архипелаг» напрямую посвящен репрессиям, то у читателя создается полное впечатление, что это и есть цифры репрессий.  Вот где мастерство Солженицына!

К сожалению, последователей у него пруд пруди. То и дело читаешь в статьях или на форумах про «100 млн. репрессированных». Можно определенно назвать это нарочитое преувеличение (в разы, а то и в десятки раз) числа репрессий «синдромом Солженицына». Надо сказать, что тут Хам с его грехом отдыхает – Хам только лишь не покрыл наготу своего отца, а наши последователи Солженицына идут гораздо дальше – они (скажем так) вымазывают тело своего отца известным веществом и кричат на весь мир «посмотрите как омерзителен мой отец (мое Отечество)»!

И отчетливо видна «этиология» (т.е. причина) этого синдрома. Это – антисоветизм или антикоммунизм. Любой антисоветчик страдает «синдромом Солженицына», фактически повторяя гнусный анекдот «в СССР половина работала в ГУЛАГе, а другая половина их охраняла». Увы, многих православных антисоветизм настолько захлестывает, что они совершенно теряют разумение и не могут удержаться, чтобы злостно не завысить масштабы репрессий.

Отсюда и «сотни миллионов замученных», хотя еще в 1954 г. в докладной (впрочем, секретной) Хрущеву эти цифры точно обозначены:  за весь советский период за контрреволюционные преступления было осуждено 3 777 380 человек, из них к ВМН - 642 980 человек.  те же цифры дает В.Н,  Земсков, ученый, которому в перестройку властями были открыты все архивы. О. Мозохин /6/ дает несколько большие цифры: 4 308 487 человек осуждены, из которых 835 194 расстреляно. Никаких 66 миллионов.

Что же касается того, что «половина работала», то, как пишет специалист по экономике ГУЛАГа, чл. корр. РАН, д.и.н., научный руководитель Центра экономической истории исторического факультета МГУ Л.И. Бородкин, «Роль ГУЛАГа в экономике, в валовом внутреннем продукте, была в целом 2−3%» /7/.  Вот так.

III.

 

Ну а как обстоит дело с репрессиями православных верующих?  Тут все гораздо сложнее, и потому разброс оценок  просто удручающий – от нескольких тысяч до многих миллионов. И уж конечно «синдром Солженицына» свирепствует вовсю. Вот, например, что пишет небезызвестный протодиакон Андрей Кураев:

«… в 1937 году арестовано 136.900 православных священнослужителей, из них расстреляно – 85.300; в 1938 году арестовано 28.300, расстреляно – 21.500». (А. Кураев, 2012 г. https://diak-kuraev.livejournal.com/364894.html).

Откуда такие цифры? Ведь такого количества священнослужителей не было в России даже до революции. Увы, эти данные из недр РПЦ. Дело в том, что в начале перестройки новая власть (в лице «прораба перестройки» А.Н. Яковлева) озаботилась сведениями, сколько же верующих пострадало от рук большевиков. И поскольку данных не было, то обратились в ПСТГУ на Кафедру Информатики. Зав. этой кафедры д.т.н. проф. Николай Евгеньевич Емельянов (1939-2010) являлся большим энтузиастом  по увековечиванию памяти новомучеников российских. Им в течение многих лет создавалась База данных «За Христа пострадавшие» (дальше просто База), которая ныне содержит около 37 тыс. имен. Правда, в момент запроса Яковлева, База была в зачаточном состоянии и содержала 3000 имен. Но уже тогда она была использована для получения первых оценок числа репрессированных (после оценки  неоднократно уточнялись). Методика была простой: поскольку Николай Евгеньевич считал, что общее число пострадавших уж никак не менее 500 тыс. человек, то   полученные из Базы данные умножалась на соответствующий коэффициент (вот пример, приведенный самим Емельяновым: если в базе было 25000 имен, то коэффициент брался равным 20) . В результате получались гистограммы гонений по годам, которые были широко растиражированы и де факто стали официальной оценкой гонений со стороны РПЦ.  Так и данные Кураева  имеют источником комиссию Яковлева, значит тот же ПСТГУ (правда, у Кураева они искажены –  в данных ПСТГУ имелись в виду все пострадавшие, включая мирян, а не только священнослужители).

В то же время  Николай Евгеньевич старался придать своим оценкам объективный вид, справедливо протестуя против крайностей. Вот характерная цитата из его статьи:

«В одной из публикаций Интернета мы читаем: «…следует сказать и о порой появляющихся в православных или околоправославных изданиях утверждениях о «20 миллионах христианских мучениках», «500 тысячах казненных священниках» и т. п. Это просто неправда. Этот период нашей истории дал тысячи христианских мучеников. Тысячи! И это очень много. Но миллионов не было и в помине». Если мучениками считать только причисленных к лику святых и пострадавших до смерти (не исповедников), то утверждение, безусловно, правильное. Так как за 10 лет работы Комиссии по канонизации к лику святых причислены 1200 мучеников (из 1596 новомучеников и исповедников), то, если Комиссия проработает еще 20 лет, число канонизированных мучеников достигнет 3 600. Если же вести расчет в соответствии с Законом 1991 г., то репрессированных сотни тысяч. Не миллионы (это правильно), но в пределах от полумиллиона до миллиона человек.

Меня однажды пригласили на телевидение, ведущий – православный человек — говорит: «…в Бутово расстреляны сотни тысяч священников». Я вскочил: «Как вы так можете говорить? Сотен тысяч священников в России одновременно никогда не было. В Бутово расстреляно всего ~ 20 800 человек, из них за веру ~900, священников ~ 300. И это действительно очень много.

На одну мою статью я получил отзыв, оппонент пишет о «сотнях и тысячах пострадавших». По-моему, писать так недобросовестно, а православным и грешно, так как это говорит о лени изучать историю Церкви и о непочитании мучеников.

Сколько же человек пострадало за Христа? Этот вопрос, по-моему, нужно не лениться обсуждать и придти к общему заключению. Писать историю без чисел невозможно (…)

Оценка оппонента — «сотни и тысячи пострадавших» — занижена в тысячу раз. Сотни расстрелянных и замученных епископов и сотни тысяч пострадавших за Христа! Вот правильные оценки».

Николай Евгеньевич – искренний человек, до слез любивший новомучеников. И тем не менее, «синдром Солженицына» не миновал и его. Дело в том, что его общая оценка «не ниже 500 тыс.» была основана на ряде ошибок (увы, в сторону увеличения). Действительное же число репрессированных православных составляет около 100 тыс. человек. Посмотрим, как это можно доказать.

 

IV.

 

Как бы ни относиться к деятельности общества «Мемориал», его безусловно положительным результатом является накопленная им база данных по «сталинским репрессиям». Она содержит около 1 млн. 300 тыс. имен репрессированных – как верующих, так и неверующих.  Наличие этой базы породило такую идею: выудить из нее верующих православных  и сравнить улов с базой данных ПСТГУ с целью выявить, насколько они совпадают, и отсюда получить оценку числа репрессированных. Тем более, что для этой цели имеется  удобная теорема теории вероятностей «о перемножении независимых событий».  Ее формулировка применительно к нашему случаю звучит так: «Если содержимое базы данных ПСТГУ и базы данных «Мемориала» можно считать независимыми событиями (в пространстве всех репрессированных православных), то верна формула:

 

N=Nb*K/Kb.                                         (1)       

 

где:

N – искомая оценка общего числа православных пострадавших;

Nb – количество персон в Базе (ПСТГУ);

K – количество персон в базе «Мемориала» (только православные);

Kb – количество персон в пересечении баз ПСТГУ и «Мемориала».

 

Под пересечением понимается множество людей, имеющихся и в той, и в другой базе. Более полное обоснование формулы (1) приводится в работах /3,4/. Эта формула наглядно показывает, что чем больше пересечение баз, тем меньше оценка (поскольку Kb стоит в знаменателе).

Таким образом, для того, чтобы реализовать эту идею, необходимо преодолеть две трудности: во-первых,  доказать независимость этих баз, и, во-вторых, преодолеть программистские проблемы сопоставления баз, сделанных на разной платформе.

Что касается независимости баз, то содержательно это означает, что базы заполнялись без заимствования данных друг у друга (как бы вовсе «не зная» друг о друге). Могу утверждать, что в реальности это условие было выполнено, ибо я  в течение 25 лет работаю на кафедре информатики ПСТГУ и все наполнение базы «За Христа пострадавшие»  происходило на моих глазах. Гарантирую, что  с одной стороны, разработчики Списка не пользовались Базой, ибо они стремились брать информацию только непосредственно из следственных дел. А с другой стороны, при проведении данной работы все взятые из базы Мемориала персоны предварительно удалялись из Базы. Таким образом, в наших экспериментах Базу и Список можно считать независимыми друг от друга.

Первые результаты данной работы опубликованы в 2015 г. /3/. Тогда использовалась версия Базы ПСТГУ от 2014 г. В результате расчетов по вышеприведенной формуле была получена оценка в 107016 чел. с погрешностью («три сигмы») в +/- 40%. Критерием совпадения персон (а значит – попадания  в пересечение баз) было принято точное совпадение фамилии-имени-отчества и года рождения.

Публикация /3/, хотя она и рушила привычные для ПСТГУ представления о числе новомучеников, после всестороннего обсуждения все же была напечатана, а затем перепечатана на РНЛ, портале «Радонеж» и даже в США.

 

V.

 

В 2018 г. предложенный подход был серьезно уточнен /4/., а расчеты были проведены с новой версией Базы (от 2018 г.).

На этом этапе работ помимо общей оценки исследовалось число пострадавших по некоторым важным подмножествам, а именно: монашествующих, священников, диаконов и псаломщиков, старост и членов церковного совета, а также прочих мирян. Доля каждого из подмножеств была получена путем обсчета данных книги /5/. В этой книге протоиереем Алексием Скалой проведено скрупулезное исследование буквально по всем репрессированным православным в Ульяновской епархии, и поэтому  книгу можно использовать как репрезентативную выборку из всех пострадавших, и следовательно – вычислять всевозможные относительные величины.

Далее, оказалось, что  примерно те же результаты можно получить не только по всей базе, но и по каждому подмножеству в отдельности. Например,  если провести все подсчеты  только по священникам (т.е Nb, K и Kb будут означать количество не всех пострадавших, а только пострадавших священников) но  результат N оказывается близким к  результату по всем репрессированным.  Тем самым была показана устойчивость метода по отношению к неполноте  данных.

Кроме того, был ужесточен критерий идентификации персон из разных баз – дополнительно учитывалось попадание в одно и то же подмножество. Так, например, если у священника и мирянина в точности совпадают ФИО и год рождения, то, тем не менее, они считаются разными лицами и соответственно в пересечение не попадают.

Результаты по данным 2019 г. составили 105849 чел., с погрешностью +/-47%. Из этого числа расстреляно (по данным Базы) примерно 30%.

 

VI.

 

Но на этом подсчет репрессированных  заканчивать нельзя. Дело в том, что в формулу (1) входит параметр Kb, означающий количество лиц, попадающих в пересечение баз. Но ясно, что на этапе подсчета Kb возможны ошибки, поскольку информация в базах содержит опечатки и другие неточности в данных. Причем, ошибки могут быть двух родов: 1) отождествление на самом деле разных людей и 2) пропуск человека, который имеет в разных базах нетождественную информацию и потому  не отождествившегося. 

Для того, чтобы эти ошибки исключить, было проведено ручное вычисление  Kb. Всего было проанализировано около 20 тыс. человек из обеих баз. Оказалось, что ошибки первого рода довольно редки – из программно найденных 242 чел, программно помещенных в  Kb, только два оказались недостоверными. А вот ошибки второго рода встретились значительно чаще – было дополнительно найдено 75 человек, программно не вошедших в пересечение. отсюда может быть найден «коэффициент ошибок», равный 242/(242-2+75)=0.7682. Это означает, что на это число надо умножать программно полученный результат, чтобы получить верную оценку. Таким образом, уточненный результат выглядит так: 105849*0.7682=81318 чел.

По подмножествам репрессированных получаются следующие цифры:

1. монашествующие –   10370 чел.

2. священники –  31449 чел.

3. диаконы и псаломщики  – 6492 чел.

4. старосты и члены приходских советов –   9949 чел.

5. прочие миряне   – 26053 чел.

Итак, можно считать доказанным, что общее число репрессированных православных за весь период советской власти составляет около 80-85 тыс. человек.  Теперь мы можем с уверенностью сказать, что не миллион, и не пятьсот тысяч, и даже не 200 тысяч – все это завышенные цифры, обусловленные «синдрома Солженицына». «Восемьдесят тысяч» – вот та оценка, которой мы должны пользоваться, говоря о гонениях на верующих. 

Подтверждением полученного результата является известная книга д.и.н. полковника ФСБ Олега Мозохина «Право на репрессии» /6/. Среди церковных историков эта книга всегда считалась недостоверной, поскольку в ней (по их мнению) цифры репрессий были сильно занижены.  Однако теперь, после уточнения оценки, его данные представляются заслуживающими доверия. В книге Мозохин приводит число репрессированных в 1937 г. в 37331 («духовенство, сектанты»). Доля 1937 г. в общем числе репрессий, полученная по книге А. Скалы /5/ ­­составляет 42.2%. Отсюда оценка всех репрессий «по Мозохину» составляет 88462 чел, что достаточно хорошо согласуется с полученным нами результатом.

Полученные  результаты не следует считать окончательными, поскольку есть соображения (пока недоказанные) в сторону его корректировки. Дело в том, что в обе базы данных вошли персоны, пострадавшие не от  НКВД, а от бандитов и грабителей, например митрополит Владимир (Богоявленский). Сколько таких – никто не считал. Кроме того, очень многие лица, арестовывались на 1-2 дня, и когда следователи убеждались в их невиновности, их отпускали. Но по принятым критериям, они тоже считаются пострадавшими и заносятся в Базу. Кроме того, многие ограничения нельзя считать репрессиями. Например, множество монашек и монахов было ограничено в избирательных правах, хотя для них  такая «репрессия» была совершенно несущественной. Поэтому не исключено, что и оценка в 85 тысяч  является в свою очередь несколько завышенной. Насколько? Это должны показать дальнейшие исследования.

 

VII.

 

Конечно, и это число очень велико. Однако оно требует признать, что масштаб гонений был значительно (в разы) меньше, чем предполагалось ранее. Кроме того, возникает еще одна, связанная с масштабом гонений, проблема, разговора о которой обычно избегают.

Пока в статье речь шла о количестве репрессированных членов РПЦ. Но церковь гораздо более интересует другая цифра – сколько верующих подверглось гонениям по религиозным мотивам, пострадало именно за Христа? Вот на этот вопрос ответить чрезвычайно трудно. И вот почему.

В СССР, во все периоды его существования, церковь была отделена от государства, и там не было законов, запрещающих принадлежать РПЦ и «отправлять религиозные потребности», как нарочито пошло формулировалось тогда. А была знаменитая  58 статья УК – очень разветвленная статья, предусматривающая наказание за измену Родине, контрреволюционную и противодействующую властям агитацию и действия, за участие в контрреволюционных организациях и пр. И именно эту статью, как правило, инкриминировали и верующим, когда хотели их репрессировать.  Но надо сказать, что верующие далеко не всегда были овечками, которых ни за что отправляли на бойню. Как правило, реальная контрреволюционная организация (а их было множество в СССР) опиралась на верующий костяк и зачастую имела духовников. Отсюда различного рода дела «церковно-монархических» или «церковно-контрреволюционных» организаций. А кроме того, просто большинство верующих было против советской власти – за насаждение атеизма и за ликвидацию частной собственности. Так, например, в Базе по огромному количеству дел верующим инкриминируется агитация против колхозов. Власть видела в церковниках если не явную «контру», то «контру» потенциальную, и, обладая силой, их репрессировала. Но не по религиозным соображениям, а за антисоветскую деятельность.

Не подвергается сомнению, что следователи часто фальсифицировали дела, отправляя в ГУЛАГ, на расстрел или в ссылку невинных людей. Интернет заполнен душераздирающими рассказами о жестокости сотрудников НКВД. Но все-таки,  насколько такие действия являлись правилом, или наоборот, были исключением, сказать трудно.

 В связи с этим  посмотрим, как же решается вопрос пострадавших именно за Христа. Разумеется,  было бы грубой ошибкой считать таковыми всех крещеных репрессированных  – ведь среди всех репрессированных крещеных было большинство, но в подавляющем большинстве дел о религиозной принадлежности речи не было и в помине. Никто в церкви так и не считает. В Базе этот вопрос решается следующим образом: если человек арестован (т.е. находился в заключении хотя бы один день) или к нему применялись иные насильственные действия со стороны государства, то он, в соответствии с законом 1991 г.о репрессиях, считается репрессированным. А если он к тому же обладает саном или является активным верующим, то он считается пострадавшим за Христа и попадает в базу. Иначе говоря,  каждая репрессия верующего считается религиозным гонением. Боюсь, что тут опять-таки имеет место разновидность «синдрома Солженицына». Ведь вроде ясно, что такое отождествление неверно – активный верующий мог быть репрессирован  именно за реальную антисоветскую деятельность, и тогда уже он пострадал не за Христа, а осужден по государственному закону, который, каким бы он ни был, всякий христианин должен соблюдать. Поэтому думается, что необходим еще один критерий: должно быть доказано, что обвинение по 58 статье является наветом и что антисоветской деятельностью  человек не занимался. Но вот этого сказать о многих и многих попавших в базу нельзя. Тем более, что о действительных мотивах ареста, как правило, в базе информации нет (даже если есть статья осуждения и приговор, то они об этом никакой информации не несут).

Однако в церковных структурах на вопрос, доказано ли обвинение на него, или наоборот, доказана невиновность, никогда не обращалось внимание. Иначе говоря, по умолчанию считалось (и продолжает считаться), что любая репрессия была несправедливой. А всегда интересовало совсем другое, противоположное. Так, Синодальная комиссия по прославлению новомучеников, как правило, отводит кандидатуру на прославление, если из следственного дела видно, что обвиняемый на допросе согласился с обвинением (и даже если просто подписал лист допроса) – считается, что он сотрудничал со следствием, а это уже есть «препятствие для канонизации».

 

VIII.

 

Великое дело – пострадать за Христа, и тем самым проявить к нему высшую любовь. И целый сонм христиан, понесших  тяжелые скорби или даже отдавших свою жизнь за Христа в XX в.  смотрит на нас с небес и молится за нас. Но манипулировать их количеством и в разы и даже десятки раз  преувеличивать их число недопустимо.  И прежде всего это бьет по нашей церковной исторической науке, а значит – и по всей церкви в целом. «Синдром Солженицына» должен быть навсегда преодолен нашей православной общественностью.

 

 

Литература

 

1. А. Солженицын. Архипелаг ГУЛАГ. Т..2, ч.3; гл.1; Москва, 1990, «Советский писатель. Новый мир», – С.12.

2. Емельянов Н.Е.. К вопросу о числе новомучеников и исповедников Русской Православной Церкви в XX веке.  Pravmir.ru, 30 октября 2009 г. https://www.pravmir.ru/skolko-repressirovannyx-v-rossii-postradali-za-xrista/

3. Сомин Н.В.. К вопросу о числе репрессированных за православную веру в России в XX в. //Вестник ПСТГУ, 3(64), История русской православной церкви. Москва, 2015, С. 101-106.

4. Сомин Н. В. Использование репрезентативной выборки для оценки числа пострадавших за веру в России в XX в //Вестник ПСТГУ, II(87), История русской православной церкви. Москва 2019, С. 99-108.

5. Скала Алексий, прот. Церковь в узах: история Симбирско-Ульяновской епархии в советский период (1917-1991 годы).– ОАО «ИПК Ульяновский Дом печати», 2007. – 968 с.

6. Мозохин Олег. Право на репрессии: Внесудебные полномочия органов государственной безопасности (1918-1953), М., «Кучково поле» – 2006.).

7. Ольга Орлова. Историк Леонид Бородкин: «Экономика ГУЛАГа была неэффективна». https://trv-science.ru/2017/07/18/istorik-leonid-borodkin-ekonomika-gulaga-byla-neeffektivna/

 

 

12.08.19

 



На главную страницу

Список работ автора


Rambler's Top100